ИСТОРИЯ № 001 АНТОНОВ Иван Егорович

ИСТОРИЯ № 001 
АНТОНОВ Иван Егорович 
ПРИСЛАНО 19 марта 2015года 
Натальей АНТОНОВОЙ

19 марта. День моряка-подводника. Сегодня я вспоминаю папу…  В тот далекий 1936 год он готовился к службе в армии, прыгал с парашютом, а попал на флот, подводный флот. Срочная служба ( 5 лет! ), война, поход к берегам Японии… Демобилизовался он только в 1948 году. Больше 10 лет на флоте…

Помню,  подсаживалась к отцу на диван, подлезала под руку и слушала его рассказы о войне, о службе. Конечно, девчонку не интересовали «технические» подробности, но меня интересовало все, что касается дорогого мне человека.  Вот один из его рассказов.

—  Сутки. Вторые. Третьи… Лежим на брюхе, на дне Финского залива. Немецкие катера кружат над нами и беспрерывно бомбят. Одни уходят на «дозаправку» — на смену им тут же появляются другие. Возможности всплыть хоть на полчаса у нас просто нет.  До нашей базы рукой подать, только помощи ждать не приходится. И нам туда, похоже, не добраться. Пошли третьи сутки…  Кислорода практически нет. Дышим по команде… Одна группа выдыхает, вдыхает… другие ждут своей очереди… Положение критическое. Командир лодки, капитан 3-его ранга, Исаак Соломонович Кабо, предпринимает ложный маневр. Готовим балласт, соляр. Разбираем перегородки. Имитируем взрыв… Покружив немного (чувство времени у нас притупилось… минута казалась часом…), немцы уходят. И тут же команда на всплытие. Никто из нас в душе уже не надеялся снова увидеть море, небо, солнце. Легкие резануло болью. Но это священная боль – это воздух, возможность дышать… Только наслаждаться нет времени.  Под бомбежкой лодка получила серьезные повреждения. До базы добираемся на малой скорости и в надводном положении.  Появятся немцы – нам не уйти. Бой принять не сможем. Акустики обратились в слух, на палубе свободные от вахты пристально вглядываются в горизонт. Вот и родной Кронштадт. Нашу Щ-309, по прозвищу Дельфин) встречают  радостно: шутка ли, трое суток без связи. Здесь всегда встречают как героев… Неизвестно кто вернется. Война есть война.

Сегодня моему отцу, мотористу, старшине 2-й статьи,  Антонову Ивану Егоровичу, было бы 96 лет, но он умер в 1986. Его «догнала» военная рана – осколок, оставшийся в икре ноги как память об одном из десантов в Либаве в 42-м или 43-м году.

Я намеренно привела его рассказ в настоящем времени. Он мог бы жить… если бы не война.

 

ДОБАВЛЕНО ВНУКОМ

Дмитрием Исьяновым

Для меня, 17-летнего паренька, екатеринбургского школьника, та далекая война напомнила о себе 24 марта 2000 года. Вместе  с матерью мы были в Санкт-Петербурге на экскурсии на крейсере «Аврора». На стенде среди фотографий 1943 года мама увидела отца. Подводная лодка Щ-309 «Дельфин». Такая же фотография хранилась и у нас дома. Мама рассказала, что на фото момент, когда подлодка только что вернулась с боевого задания. На палубе в парадной форме выстроился весь экипаж… Мне почему-то очень хотелось еще задержаться здесь, но нас увели на экскурсию по кораблю. Я слышал все, о чем рассказывал экскурсовод, но мысли мои были там, у стенда: там была война, там был мой дед. После экскурсии мама попросила разрешения еще раз подойти к фотографиям. Завязался разговор о деде, о его друзьях, о командире лодки. Кроме деда, я не знал из них никого, разве что по рассказам теперь уже не деда (его уже не было в живых), но по рассказам моей матери. В ту весну я прочитал о Великой Отечественной все, что нашел, а на экзамене писал сочинение, которое начал писать в тот мартовский день.

Этот день, хотя это был день рождения мамы, стал днем памяти моего деда, Антонова Ивана Егоровича, старшины 2-й статьи, моториста подводной лодки Щ-309 «Дельфин». Многие могут рассказать о военном прошлом своей семьи, но немногие могут гордиться тем, что фотография их деда хранится в музее «Авроры».